Вернуть подростку интерес, при этом не создавая фейерверк на каждом занятии

Робот не поехал, программа не запустилась, а проект, над которым команда работала несколько недель, пришлось собирать заново. В технологическом кружке неудачи неизбежны, но для подростка они могут стать причиной разочарования и потери интереса. Как помочь ученику не бросить начатое, почему наказания и сравнения с другими не возвращают мотивацию и обязательно ли наставнику постоянно вдохновлять детей? Об этом рассказывает клинический психолог, детский и семейный психотерапевт, руководитель проекта «Вместе в будущее» Ольга Байдакова.

В инженерном образовании есть обстоятельство, которое особенно сильно влияет на мотивацию. Даже правильно выполненная работа не всегда заканчивается ожидаемым результатом. Программа может не запуститься, механизм – сломаться, конструкция – развалиться, а технические ограничения – сделать недоступным привычный инструмент. Для подростка, вложившего в проект много времени и сил, такая ситуация бывает болезненной. Особенно если он привык связывать результат с собственными способностями. Вчера казалось, что все получается, а сегодня приходится начинать заново.

Ольга Байдакова предлагает различать две ситуации. Первая – когда задача изначально сложна и требует настойчивости. Здесь может помочь любопытство и возможность воспринимать работу как исследование, результат которого заранее неизвестен. Вторая – когда уже сделанная работа неожиданно оказывается разрушена или обесценена обстоятельствами. В этом случае важно сначала признать разочарование подростка, а затем помочь увидеть приобретенный опыт.

«Если у нас сложная задача, ее надо преодолевать и вкладывать усилия. Тогда можно попробовать перевернуть ее в интересную задачку. Давай пойдем туда с любопытством. Возможно, мы не дойдем до конца, может быть, не победим. Но будем пробовать и наслаждаться процессом», – говорит Ольга.

В такой ситуации наставник может предложить ученику посмотреть на проблему под другим углом. Не получилось запустить программу – значит, появилась возможность разобраться, почему она не работает. Привычный инструмент оказался недоступен – можно попробовать найти альтернативу или придумать собственное решение. Сложность перестает быть исключительно препятствием и становится предметом исследования. При этом важно не обещать гарантированного успеха. Подросток вполне может потратить время на задачу и так и не найти решения. Но сам процесс поиска, проверки гипотез и исправления ошибок уже представляет образовательную ценность.

Совсем другой разговор нужен, когда ученик потерпел неудачу после долгой работы. Представим подростка, который несколько недель собирал механизм, а во время испытаний конструкция неожиданно разрушилась. Для взрослого это может быть обычной технической проблемой, но для автора проекта – настоящим разочарованием. В такой момент бесполезно сразу объяснять, что ошибки необходимы для развития. Сначала важно признать переживания ребенка и показать, что его усилия не обесценились вместе с результатом.

Следующий шаг – попытаться превратить произошедшее в полезный опыт. Психолог предлагает рассматривать неудачу как обучение, за которое человек уже заплатил временем, силами, чувствами, а иногда и деньгами. Полученные знания никуда не исчезают, даже если первоначальный результат оказался неудачным.

В технологическом кружке такой подход особенно уместен. Неудачное испытание позволяет обнаружить слабое место конструкции, ошибку в расчетах или ограничение выбранного решения. Вместо того чтобы оценивать работу исключительно по конечному результату, наставник может вместе с учеником разобраться, какие новые знания появились благодаря эксперименту.

Важно, однако, не превращать каждую неудачу в обязательный повод для радости. Подросток имеет право огорчаться, злиться и временно терять желание продолжать. Задача взрослого – не запретить эти чувства, а помочь ребенку постепенно вернуться к работе.

Когда подросток теряет интерес к занятиям, взрослым хочется найти быстрый способ вернуть его к работе. Напомнить об успехах других учеников, лишить привычных развлечений, потребовать больше старания. Но, по мнению Ольги Байдаковой, подобные методы не решают проблему внутренней мотивации.

Один из самых неудачных приемов – сравнение с более успешными сверстниками. Фраза: «Посмотри, у Васи уже все получилось» не объясняет ребенку, как справиться с трудностями. Она лишь подчеркивает разницу между ним и человеком, у которого дела идут лучше.
Не менее сомнительный способ – наказание за недостаточное усердие. Например, лишение телефона в надежде, что подросток начнет активнее учиться или заниматься проектом. Если причина снижения мотивации связана с усталостью, трудностями в коллективе или ощущением неуспеха, запрет не устранит ни одну из этих проблем.

Ольга приводит примеры из практики, когда после изъятия гаджетов дети не начинали искать новые занятия, а просто ложились спать. Взрослые убирали привычный способ проводить время, но не создавали условий, в которых ребенку захотелось бы заняться чем-то другим.

Еще одна распространенная ошибка – пытаться компенсировать отсутствие интереса количеством предложений. Родители записывают подростка на новые мастер-классы, кружки, интенсивы и образовательные программы, надеясь, что хотя бы одно занятие обязательно его увлечет. Но перенасыщенное расписание способно привести к обратному результату. Психолог сравнивает такую ситуацию с обедом из 48 блюд. Даже если одно из них окажется восхитительным, человек может просто не заметить его среди остальных. Точно так же подросток рискует пройти мимо действительно интересного занятия, потому что у него уже не осталось сил воспринимать новые впечатления.

Одна из важных задач подросткового возраста – научиться самостоятельно принимать решения и справляться с их последствиями. Однако взрослые нередко продолжают организовывать жизнь ребенка так, что ему почти не остается пространства для собственного выбора. Родители записывают на занятия, напоминают о расписании, договариваются с преподавателями, извиняются за пропуски. В результате подросток может посещать множество кружков, но при этом не чувствовать ответственности ни за один из них.

Ольга предлагает постепенно передавать детям часть организационных решений. Если подросток не справляется с насыщенным расписанием, можно вместе определить, сколько занятий он способен посещать самостоятельно. Возможно, вместо пяти секций разумнее оставить две, но такие, на которые он действительно готов ходить.

По мнению Ольги, не стоит постоянно подхватывать ребенка там, где он способен самостоятельно получить безопасный опыт. Забытое занятие, необходимость заранее предупредить об отсутствии, самостоятельное планирование времени – все это помогает постепенно становится ответственным.
В технологическом кружке этот принцип можно использовать и при организации проектной работы. Предоставить ученикам возможность выбирать задачи, распределять роли, предлагать собственные решения, самостоятельно планировать отдельные этапы проекта. Важно, чтобы подросток чувствовал себя не только исполнителем чужого плана, но и человеком, который влияет на происходящее.

При этом самостоятельность не означает отсутствие поддержки. Наставник остается рядом, помогает оценивать последствия решений и вмешивается там, где без взрослого действительно не обойтись.

Взрослым бывает трудно принять, что подросток не хочет заниматься ничем конкретным. Особенно если прежде у него было множество увлечений, он участвовал в соревнованиях, проявлял инициативу и строил планы на будущее. Кажется, что пауза приведет к потере времени и упущенным возможностям. Однако Ольга Байдакова напоминает, что интерес не возникает по требованию. Более того, в подростковом возрасте совершенно нормально переживать период, когда прежние увлечения уже перестали привлекать, а новые еще не появились.

В такой ситуации постоянные предложения, уговоры и попытки развлечь ребенка могут только усилить сопротивление. Иногда полезнее временно снизить требования и позволить подростку самостоятельно разобраться в собственных желаниях. При этом создавать возможности для новых впечатлений все-таки стоит. Главное – делать это ненавязчиво и оставлять ребенку право выбора. Ольга предлагает интересный семейный прием, который помогает постепенно возвращать самостоятельность.

Каждый участник семьи по очереди выбирает, как провести общий выходной. В одну неделю решение принимает мама, в другую – папа, затем подросток или его брат либо сестра. Остальные соглашаются познакомиться с предложенным занятием, даже если оно не совпадает с их собственными интересами. При этом никто не обязан изображать восторг. Если кто-то предложил поездку на ипподром, можно просто посмотреть на лошадей, выпить кофе и провести время вместе. Главное – признать право каждого человека выбирать и делиться тем, что интересно именно ему.

Для подростка, который привык постоянно следовать чужому расписанию, такая возможность может оказаться особенно важной. Ему не предлагают очередную полезную активность, а доверяют решение. Даже если поначалу он не может придумать ничего интересного, сама практика выбора постепенно помогает лучше понимать собственные желания. Этот принцип работает и в образовательной среде. Наставник может предлагать разные варианты заданий, оставлять время для самостоятельных экспериментов, разрешать ученикам пробовать собственные идеи. Иногда возможность самому решить, чем заняться, оказывается важнее самого занятия.

В разговоре о мотивации легко прийти к выводу, что хороший педагог должен постоянно вдохновлять, поддерживать, разрешать конфликты, находить индивидуальный подход и превращать каждую неудачу в полезный опыт. Но Ольга Байдакова предлагает отказаться от завышенных ожиданий не только по отношению к подросткам, но и по отношению к самим взрослым. Она напоминает, что психология – отдельная профессия, которой люди учатся годами. Наставник не обязан быть одновременно преподавателем, психотерапевтом, коучем и специалистом по командообразованию. Его задача – создавать подходящие условия для обучения, замечать важные изменения и при необходимости обращаться за помощью к другим взрослым или специалистам.

По мнению психолога, хороший наставник – не обязательно человек, который постоянно придумывает необычные занятия и превращает каждый урок в событие. Иногда достаточно создать атмосферу, в которой детям комфортно, интересно и безопасно пробовать новое. Даже если на конкретном занятии не произошло ничего выдающегося.

Такой подход не означает отказа от образовательных целей. Напротив, он позволяет сосредоточиться на том, ради чего подростки приходят в технологические кружки, – на возможности исследовать, экспериментировать, приобретать новые навыки и постепенно становиться самостоятельнее. Не каждый проект обязан заканчиваться победой, не каждое занятие должно вызывать восторг, а наставник не обязан ежедневно придумывать новый способ удивить учеников. Иногда достаточно того, что дети с удовольствием приходят в кружок, чувствуют себя частью команды и продолжают заниматься интересным им делом.